![Теория поля](/netcat_files/438/673/DSC_0494.jpg)
Теория поля
По официальным данным в Воронежской области действует более 500 крестьянско-фермерских хозяйств (КФХ), 180 из которых принадлежит индивидуальным предпринимателям (ИП).
При этом, несмотря на довольно высокий уровень развития, сегодня они испытывают некоторые трудности в реализации своей продукции. Так как же вышло, что фермеры одной из самых плодородных областей России рискуют стать «сапожниками без сапог»? И что может помочь владельцам КФХ отвоевать рынок?
Третья скрипка на селе
Фермерские хозяйства региона не только выпускают и перерабатывают сельскохозяйственную продукцию, но и осуществляют ее хранение, транспортировку и реализацию. Выделяются два основных вида действующих фермерских хозяйств – крупные и мелкие. В крупных хозяйствах производство ведется в промышленных масштабах. К числу наиболее крупных фермерских хозяйств региона, специализирующихся на мясном скотоводстве, относятся КФХ «Соколовское» в Поворинском, ФХ «Начало» в Россошанском, КФХ «Черемушки» в Подгоренском районах. Выращиванием зерновых и зернобобовых культур занимаются КФХ «Ягановка» в Новохоперском и КФХ «Ключи» в Репьевском районах.
Также существует такая категория хозяйств как личные подсобные (ЛПХ), которые производят продукты для личного потребления семьей фермера. Однако, в некоторых сферах отрасли (например, в овощеводстве) они могут обеспечивать большие масштабы производства, получая прибыль с продаж. На сегодняшний день в Воронежской области насчитывается порядка 4 тыс. хозяйств этого типа.
По словам заместителя председателя облправительства Виктора Логвинова, в 2018 году в регионе был зафиксирован валовый рост продукции АПК в целом (200 млрд рублей, 5-е место в РФ) и растениеводства в частности (1-е место в ЦФО по валу, 7-е – по урожайности зерновых).
В 2017 году был получен первый результат работы по обновлению садов. Валовый сбор продукции составил 136 тыс. тонн. Это в полтора раза выше уровня прошлого года. В последние несколько лет ежегодно закладывается не менее 600 га новых садов, а в 2018-м – 700 га. На 85% это сады интенсивного типа. На 2019 год запланирована закладка 1,03 тыс. га.
Традиционно помогает улучшать показатели темпов развития в АПК животноводство, где приоритетами остаются молочное и мясное скотоводство. По молоку Воронежская область традиционно занимает 1-е место в ЦФО, при этом в масштабах РФ поднялась с 6-го места на 4-е. Производство свинины за 2018 год увеличилось в 1,8 раза. По производству свинины и говядины в сельхозорганизациях Воронежская область занимает 3-е и 4-е места в РФ. Совокупно валовое производство мяса скота и птицы на убой в регионе составило 506 тыс. тонн в живом весе, или 3,4% всего мяса в РФ. По этому показателю область занимает 13-е место в России и 4-е в ЦФО.
Если говорить отдельно о КФХ, то в 2017 году, по данным Воронежстата, ими было собрано 1,5 млн тонн зерновых (26,3% от всего урожая), 667,5 тыс. тонн сахарной свеклы (10,7%), 256,1 тыс. тонн подсолнечника (28,6%), 30,4 тыс. тонн картофеля (2,1%) и 56,2 тонн овощей (10,5%). Также, по информации ведомства, с января по май 2018 года КФХ региона произвели 1,8 тыс. тонн мяса скота и птицы (0,9%), 15,3 млн тонн молока (3,9%) и 2,3 млн штук яиц (0,5%). При этом по состоянию на 1 июня 2018 года, КФХ владеют 38,4 тыс. голов крупного рогатого скота (8,3% поголовья), в том числе 16,1 тыс. голов коров (9,1%), а также 2,2 тыс. голов свиней (0,2%) и 64,2 тыс. голов овец и коз (27,7%).
Отметим, что самую высокую долю в аграрном производстве региона имеют сельхозорганизации, следом идут хозяйства населения, и замыкают рейтинг КФХ. В целом это соответствует «расстановке сил» между сельхозпроизводителями в масштабах страны – так, по данным ГК ФИНАМ, несколько лет назад крупные сельскохозяйственные организации обеспечивали 51,5% объема производства в отрасли, ЛПХ – 37,4%, а КФХ – 11,1%.
«Мы стали больше трудиться, но меньше зарабатывать»
Важным фактором, стимулирующим развитие аграрного сектора экономики, по-прежнему является государственная поддержка.
В 2017 году объем субсидий организациям АПК Воронежской области составил 9,15 млрд рублей, в том числе 1,8 млрд рублей из областного бюджета. Учитывая приоритетность выбранных регионом направлений поддержки, наиболее значительная сумма направлена на поддержку молочного скотоводства – 2,8 млрд рублей (35% от общего объема субсидий).
В 2018 году на развитие АПК из бюджетов всех уровней было выделено 12,3 млрд рублей (8,5 млрд рублей – из федерального бюджета), это почти на треть превысило уровень 2017 года. По общему объему господдержки Воронежская область заняла 1-е место в РФ, а по объему федеральных субсидий – 2-е место в РФ. По собственным средствам, направленным на субсидирование АПК из областного бюджета, Воронежская область занимает 3-е место в стране – 1,9 млрд рублей.
Как уже было сказано выше, в аграрном комплексе РФ доминируют крупные товаропроизводители и агрохолдинговые компании (в отличие от США и Европы, где «в ходу» мелкие семейные фермы). Им-то и достается основная доля государственной поддержки. Происходит это в силу объективных причин, среди которых – наличие банковских гарантий на большие суммы, возможность государственного контроля и прочее.
Однако, «перепадает» и фермерам. На сегодняшний день в Воронежской области действуют специальные государственные программы поддержки начинающих фермеров, банками выдаются кредиты на ведение бизнеса на выгодных условиях. При этом, КФХ освобождены от уплаты НДС в пользу единого налога, а при реализации сельхозпродукции налог на нее снижен до 10%.
Плюс малые формы хозяйствования региона наряду с крупными агропромышленными предприятиями являются полноправными участниками государственной программы Воронежской области «Развитие сельского хозяйства, производства пищевых продуктов и инфраструктуры агропродовольственного рынка».
В 2017 облправительство изменило подход к распределению средств грантовой поддержки начинающих фермеров и развития семейных животноводческих ферм на базе КФХ. Гранты предоставлялись, в первую очередь, крестьянским хозяйствам, ведущим деятельность на территориях с низкой плотностью условного поголовья скота. По данным регионального Департамента аграрной политики, в 2017 году на поддержку малых форм хозяйствования было направлено
179,5 млн рублей, а на развитие материально-технической базы сельскохозяйственных потребительских кооперативов – 18 млн рублей.
В 2018 году эти показатели составили 89,3 млн рублей и 18 млн рублей соответственно.
Однако, по словам самих фермеров, господдержку довольно трудно получить в силу наличия множества требований к грантополучателям, «иногда кажущимися лишенными логики и будто бы созданными как запланированное препятствие». При этом реальная сумма, которую, в конечном счете, получает на руки предприниматель, может в несколько раз отличаться от заявленной.
«Например, несколько лет назад при заявленной ставке гранта в 1,5 млн рублей, некоторые фермеры получали 600 тыс. рублей», – поясняет представитель КФХ «Монастырское подворье» Россошанско-Острогожской Епархии Андрей Мартынов. – На такие деньги согласитесь, весьма трудно запустить динамичное развитие».
Отдельная головная боль для воронежских фермеров – это ежегодные выплаты в Пенсионный фонд, минимальная сумма которых не зависит от доходов КФХ (крестьянско-фермерского хозяйства) и должна быть уплачена, безусловно, даже если вы ушли в минус. Как угодно, например, – займи или возьми кредит, но в любом случае за счет увеличения финансового бремени. И все это на фоне повышения цен на бензин, которое, в свою очередь, спровоцировало значительное увеличение трат на логистику.
«Это часть из гораздо большего количества факторов, которые не могли не повлиять на конечную стоимость производимой продукции, и не для увеличения прибыли, а для выживания, на грани которой мы сейчас находимся, – отмечает Андрей Мартынов. – Так впереди еще, вероятное увеличение НДС! При этом доходы людей не растут, значит, продажи будут падать, а по сути, – наш уровень жизни в целом».
По мнению господина Мартынова, реальную господдержку имеют крупные агрохолдинги и корпорации, владельцы которых известны и у всех на слуху, а остальные, складывается впечатление, вытесняются «на обочину».
«Подобные обстоятельства значительно бьют по карману. Фактически фермеры стали больше трудиться, но меньше зарабатывать. Однако, понимая, что наше государство тоже находится в непростых условиях, мы готовы и делиться, и терпеть (и не такое переживали)», – резюмирует представитель «Монастырского подворья».
Холдинги – налево, фермеры – направо
По сравнению с крупными агрохолдингами КФХ имеют как недостатки, так и преимущества. Среди недостатков – относительно высокая себестоимость продукции, обусловленная ценами на корм для крупного рогатого скота и применением наемного труда. Среди преимуществ – гибкость производства и бизнес-процессов, а также способность оперативно реагировать на меняющуюся конъюнктуру рынка, что неудивительно – большое производство сложней перенастраивать и адаптировать к каким-то внешним изменениям.
Глава КФХ в Каширском районе Никита Токмаков в своем блоге на Facebook называет и другие преимущества.
«В холдингах мало контроля и много воровства. Я регулярно слышу о предложениях покупки украденной у холдингов химии. Сотрудники сами у себя воруют! Жутко и печально об этом слышать. А холдинги слишком большие, они просто физически не могут за этим уследить.
Холдингами руководят топ-менеджеры, а фермеры – собственники. Будем честны, топ-менеджеры и собственники имеют разные цели. Управленцы пекутся о своих бонусах, продвижении по карьерной лестнице и наличии новой работы, если их уволят с текущей. И выполняют планы, часто закрывая глаза на реальный ущерб от своих действий для компаний.
Холдинги колоссально закредитованы, причем именно льготными кредитами. Посмотрите их отчетность. Большинство холдингов в регулярных убытках. А если забрать у них 3-4% кредиты и выдать обычные, которые выдают рядовому фермеру, то они сразу же свернут всю инвестиционную деятельность.
Эффективность работы хорошего фермера выше, чем хорошего агрохолдинга. Из-за больших земельных банков и вахтового метода работы холдинги несут серьезные потери в урожае и качестве, так как не успевают убрать все в нужное время и сделать необходимые обработки. Ну а фермер живет в поле, контролируя все самостоятельно», – пишет Никита Токмаков.
Что же касается господдержки, глава КФХ «с одной стороны, согласен с господином Мартыновым»:
«Легче жить никому не становится. А поддержку в таких условиях получить достаточно непросто, – отметил Никита Токмаков. – К примеру, мне, как начинающему фермеру, не дали субсидируемый кредит, так как хозяйству было меньше 1 года, а по условиям гранта я не прохожу, по причине, что в течение последних лет занимался предпринимательской деятельностью».
При этом он считает, что представитель «Монастырского подворья» все же «немного сгущает краски».
«Субсидии фермерам и холдингам разделены. И холдинги не могут забрать то, что планируется на поддержку фермерам. Также среди самих субсидий есть очень полезные статьи (к примеру, «на развитие элитного семеноводства»). Да и субсидируемые кредиты серьезно помогают тем фермерам, которые их получают. А таких немало. Безусловно, нам есть к чему стремиться. По сравнению с западными странами наша поддержка в разы меньше. Но я настроен оптимистично и уверен, что нас ждут положительные изменения в поддержке фермерских хозяйств. Особенно, если государство послушается к рекомендациям и потребностям самих фермеров», – подчеркнул Никита Токмаков.
Николай Борисов f
Оцените эту статью!
Аргентинская технология производства инокулянтов БИОНА
© КОПИРАЙТ, 2013-2019. Все материалы на сайте защищены Законом об авторском праве. Использование материалов с сайта возможно только с письменного согласия Администрации сайта. По вопросам разрешений на публикации и рекламы обращайтесь +7-905-395-28-88. Мобильное приложение доступно на iTunes и AndroidMarket.