Подписаться на новые статьи
Дмитрий Олейников: « Люди в меня поверили,  и я не подведу»
16 июня 2020

Дмитрий Олейников: « Люди в меня поверили, и я не подведу»


Стоящий на пьедестале ДТ-54 не муляж – настоящий трактор, с работающими узлами, на ходу. Заводи – и в поле! Здесь же сияет свежей краской ГАЗ-51, хоть и поработала машина немало за свою долгую жизнь, а вид – будто только что с конвейера. Мы не в музее ретро-техники, а на базе фермерского хозяйства, техническому оснащению которой в Калачевском районе аналогов нет. Отслужившая свой век техника восстановлена силами фермерского хозяйства Дмитрия Олейникова. Все сделано самостоятельно – и ремонт, и установка стекла, и покраска. По словам фермера, экономической необходимости возиться со старыми машинами нет. Это дань памяти ушедшим поколениям, трудившимся на волгоградской земле.


 

Кто за рулем?
Николай Олейников сына Дмитрия брал с собой в поле с первых лет жизни. Малец прошел фермерскую школу «от» и «до», не за партой – за работой. Что было тогда в хозяйстве? Триста гектаров земли, один старенький трактор, того же возраста комбайн, один «газон». Но хозяйство росло, рос вместе с ним и Дмитрий. С тринадцати лет отец уже доверял ему пахать зябь, очень уж ловко сын управлялся с ДТ-75. Тогда же местные мужики шутили, что если едет зерновоз, а за рулем никого нет, то надо присмотреться – руль шевелится, значит, за рулем Олейников-младший – росточком еще не дотянулся, но работает наравне с отцом.
Затем была учеба, но на каникулах юный студент всегда приезжал домой, помогать отцу. Трактор, комбайн, сеялка – с любой техникой работал. Получив два образования: агрономическое и экономическое, Дмитрий стал помогать отцу в вопросах снабжения. А несколько лет назад, после трагического ухода из жизни Николая Николаевича Олейникова, Дмитрий возглавил хозяйство и продолжил дело отца.


Сомнения в том, что сын сможет удержать хозяйство, у людей были. Много вокруг примеров, когда наследникам неинтересно заниматься сельским хозяйством, земля и техника распродается, рабочие остаются без работы. Но Дмитрию Николаевичу люди поверили, коллектив не распался, и, несмотря на трудности, хозяйство продолжило не только работать, но и развиваться. Увеличивается площадь, растет парк техники, повышается квалификация кадров.
Сегодня в штате хозяйства тридцать пять человек. И никакой «текучки», наоборот, желающих работать в хозяйстве много. Помимо заработной платы, которая каждый год растет процентов на десять, все работники получают премии, «тринадцатую» зарплату, выплаты за стаж, индивидуальные поощрения за достигнутые успехи. Не остаются без внимания хозяйства и сельские поселения – в любой просьбе оказывается содействие.


Классика и эксперименты
В хозяйстве практикуется классическая «двухполка», из восьми тысяч гектаров – половина под паром. Несмотря на то, что местные условия определяются, как зона рискованного земледелия (бедность почв, засухи, ветры), удобрениями Олейников не злоупотребляет. Весной по полям разбрасывается селитра из расчета 100 килограмм на 1 гектар, а перед посевом в такой же дозировке вносится сульфат аммония. Этого вполне хватает для выращивания озимой пшеницы, озимого ячменя и ярового ячменя, от которого в хозяйстве планируют отказаться.– Что яровой ячмень, что озимый, цена одна, – рассказывает нам Дмитрий Олейников. – Когда покупатель забирает ячмень, он не спрашивает, как я его вырастил. Но с озимым ячменем проще и выгоднее работать. Сейчас проводим эксперимент, чтобы посмотреть, если ли смысл полностью заменить яровой ячмень озимым.
О сути эксперимента нам рассказал Андрей Синельников, агроном (а еще бригадир, строитель, универсальный специалист) хозяйства:
– Второй год внедряем озимый ячмень. Пока о результатах говорить рано, но еще при совхозе его высевали, лет двадцать назад. Осенью посеяли озимый ячмень по зяби, которую приготовили для ярового. Хотим получить ответ, что выгоднее – яровой или озимый по зяби? Условия выращивания одинаковые, только сроки высева разные. Весь вопрос – влага. Если есть дожди, яровой ячмень даст результат, нет дождя – нет ячменя. А озимый накапливает влагу с весны, которая потом помогает ему справиться в отсутствие осадков. В прошлом году яровой ячмень дал нам 8 центнеров с гектара, озимый ячмень по парам – 27 центнеров. В этом году узнаем: сколько озимый даст по зяби. Если результат устроит, от ярового откажемся. Для экономики хозяйства это лучше – затраты одинаковые, а урожайность выше. Пары оставим только под пшеницу, ячмень по парам дает меньший экономический эффект. Например, прошлый урожай ячменя мы сдали по 11,3 рублей, а пшеницу по 15. Поэтому по пару выгоднее сеять пшеницу.
Ячмень для посева купили у другого фермера, вторую репродукцию сорта Эспада ставропольской селекции. Тратиться на элиту пока не рискнули. Если эксперимент покажет достойные результаты, тогда акцент будет сделан на высококачественные семена.

На фото: Андрей Синельников


– Сорт Эспада показал себя хорошо, – продолжает Андрей Владимирович, – очень отзывчив на удобрения, хорошо усваивает азот. В прошлом году проводили еще такой эксперимент: поле 240 гектаров поделили на два равных участка. На одном удобрения не вносили, а на другом внесли. Если на первом участке урожайность вышла 23 центнера с гектара, то на втором – 31 центнер. Убедились, что, внося удобрения, мы не просто так тратим деньги, а получаем значительную выгоду.
На сегодня в хозяйстве засеяно 3217 гектаров озимой пшеницы, 112 гектаров озимого ячменя по парам, 500 гектаров озимого ячменя по зяби. Какой урожай выйдет с каждого участка – Дмитрий Олейников прогнозировать не берется. Осенью было мало осадков, не всем семенам (норма высева в хозяйстве 3,3-3,7 миллионов штук на один гектар) хватило влаги, какие-то участки придется подсеивать. Но, благодаря весенним дождям, у фермера появилась надежда.
– В марте еще и заморозки были сильные, после третьего мороза здесь все желтое было, – показывает нам поле Дмитрий Николаевич. – Сейчас озимая пшеница чувствует себя отлично. Мы внесли удобрения, провели боронование, сняли едва появившийся сорняк. Только что (7 мая – прим. ред.) прошел дождь, выпало 15 мл осадков, пришла теплая погода. Это все помогло растениям полностью восстановиться. Поле выглядит отлично, есть влага, пока ни каких предпосылок для сильных переживаний нет, ждем урожай. В этом году мы посеяли четыре сорта: Аскет, Станичный, Донской сюрприз и Камышанка-5. Отмечу, что Камышанка-5 от заморозков практически не пострадала.
Последние два года от вредителей и болезней поля не обрабатываются. По словам фермера, нет необходимости, так как порог вредоносности не дотягивает до максимально допустимой планки. При таком низком пороге вносить лишнюю химию на поля не имеет смысла. Вредители наносят незначительный ущерб, который несопоставим с затратами на борьбу с ними. А для профилактики болезней семена протравливают, что помогает избежать проблем уже при развитии растения. Так как поля находятся в засушливой зоне, риск пострадать, например, от черной гнили, при условии протравливания семян, практически стремится к нулю.

На фото: Дмитрий Олейников


– Любая химия, – уточняет свою позицию Дмитрий Николаевич, – негативно складывается на растении. Оно живое, химия для него – стресс, и без ее применения можно обойтись. Чистое растение дает больше отдачи, и экономически выгоднее, не надо тратиться на препараты. А сэкономленные деньги всегда найдется на что потратить.
Экономика – главный фактор в выборе культуры. Пробовали в хозяйстве выращивать подсолнечник, сафлор, нут – не хватает осадков, нужны подкормки, обработки. Затрат много, а на выходе – пшик. Подсолнечник истощает почву, сафлор капризен, спрос на него небольшой, а нут – лотерея. За семь лет работы с нутом достойный урожай в 15 центнеров с гектара получен только в один год, в остальные от 3 до 5 центнеров. В последний год на полях было высеяно 89 центнеров, а собрано 82, вот такой вышел бизнес.
В соседних хозяйствах пробуют выращивать пшеницу твердых сортов, но опыта пока наработано мало, перенимать его Олейников не рискует.
– У твердых сортов пшеницы, – поясняет нам агроном Андрей Синельников, – другие условия возделывания, низкие пороги вымерзания, урожайность ниже, трудности с реализацией. Смотрим, что у соседей, посещаем семинары, проводимые на полях с твердыми сортами, изучаем опыт. Коллеги могут позволить себе выделить тысячу гектаров под рискованный эксперимент, а у нас столько земли нет. Мы вот с ячменем экспериментируем, они с пшеницей. Потом опытом поделимся. Будет результат – будем внедрять.


Сохранить дольше – продать дороже
Урожай «из-под комбайна» Олейников не продает, лишь самый мизер, если появился вопрос, который нужно срочно решить. В прошлом году цена зерна на момент сбора урожая была 8,5 рубля, а весной уже 15 рублей, выгода очевидна. Все собранное хранится до весны, и реализуется с ростом цены. В прошлом году в хозяйстве намолотили 11500 тонн зерна и все заложили на хранение. Мощности складских помещений хватит и на больший объем урожая. Склады в Береславке старые, их купили и отремонтировали. Есть склады в хуторе Новопетровском. Современный большой склад на основной базе в Степном строили сами, а в Крепинском склад возвела строительная фирма.
Ангар в Степном впечатляет своими размерами, 100 на 30 метров, высота потолков 10-11 метров. Благодаря арочной конструкции, сюда свободно заезжает и разворачивается любая техника. Как нам рассказал Дмитрий Николаевич, ангар возвели своими силами:
– Арочную конструкцию заказывали в Ростове, рассказали, что нам нужно, дали размеры, определили допустимую снеговую и ветровую нагрузки. Арки пришли, собирали уже все сами. У нас люди грамотные, умелые. И монтажники, и сварщики – все есть. Купили металл и собрали ангар. Такой метод экономически выгоднее. Если при грубом расчете цена готового помещения определяется ценой материалов умноженной на два, то при самостоятельном строительстве цену материала можно умножить в полтора раза. А вот склад в Крепинском уже заказывали, потому что не было возможности уделить время строительству, контролировать процесс. Заказал – построили – принял. Если сами мы строили склад с апреля по сентябрь, то компания возвела нам склад размером 100 на 25 метров всего за месяц. Качеством работ я остался доволен. Уже четыре года прошло, никаких доработок или ремонта не понадобилось. Склад оборудован вытяжной системой, пыли нет, работать легко.


Нет особой пыли и на базе в Степном. Пол в ангаре залит асфальтом, работы выполняли специалисты, а вот территорию базы приводили в порядок сами: на щебенку выкладывался снятый асфальт в крошке и трамбовался катком. Покрытие получилось крепкое, не такое гладкое, как полноценный асфальт, но по функциональности ни в чем ему не уступает, после дождя грязи нет, в жару и ветер не летит пыль. Работы проведены в 2016 году, за это время никаких критичных повреждений не появилось. Результат один, а вложения разные. По подсчетам Олейникова, закатать территорию базы новым асфальтом обошлось бы в десять раз дороже.


Что выходит в поле
Ангар на базе в Степном используется в двух целях: перед посевом здесь протравливаются семена, а размеры ангара позволяют держать под крышей всю технику хозяйства. Хранить есть что, только комбайнов восемь штук. Два стареньких Дона сейчас готовы к продаже, есть покупатель. На смену им придут два Акроса, все остальные комбайны тоже этой марки. В парке два мощных Кировца, один Buhler, John Deere 8320, четыре КАМАЗа, топливный заправщик, современное навесное оборудование. Одно из последних приобретений – самоходный БАРС отечественного производства.
– БАРС не только опрыскиватель, но и разбрасыватель удобрений, прицепные опрыскиватели такой функцией не обладают, – озвучивает свое мнение о приобретении фермер. – Его основная задача – при работе не мять посевы, и с ней он отлично справляется. Шесть колес оказывают на почву давление в двадцать раз ниже давления ноги человек. Если посмотрите обработанный участок поля, то не определите, где уже прошел БАРС, а где еще нет – никаких следов, даже при полной загрузке. При этом БАРС качественно обрабатывает посевы на скорости в 40 километров в час, полная выработка тонны селитры – 10 гектаров за 10 минут. По функционалу машина отличная, по качеству исполнения есть вопросы, особенно по цене – пять с половиной миллионов за «приоровскую» начинку и пластиковую кабину – очень дорого. Но пока по рабочим характеристикам аналогов БАРСу нет, а ценник на такую же импортную технику начинается от 15 миллионов. Учитывая, что машину напрямую продает завод-изготовитель, минуя дилеров, объективная цена БАРСа должна быть ниже. Но мы купили, потому что результат его работы на поле впечатляет, а все остальное можно доделать.
Технику Олейников выбирает не по красивой картинке и рассказам дилеров. Если его заинтересовала машина, едет в хозяйство, где уже сезон-другой на ней отработали, где уже могут рассказать о плюсах-минусах, о скрытых «болячках», о производительности. «Расписать все красиво можно, а как на деле выходит – вопрос», – отзывается о выгодных дилерских предложениях Дмитрий Николаевич.


Не получится у недобросовестных поставщиков и продать Олейникову «левые» запчасти. За почти тридцать лет существования хозяйства, здесь наработаны свои проверенные годами поставщики. Но звонки с предложениями поступают регулярно. Иногда бывают интересные, но у Дмитрия Николаевича здесь строгий принцип – низкая цена не значит низкое качество. «Присылайте машину, если качество устроит, оплатим», – на таких условиях соглашается фермер на сотрудничество. Бывало и так – открыли машину, достали три позиции, повертели в руках. А там и экспертизы не нужно – подвальное производство. Разумеется, все уезжает назад.
– Звонят, называют цену, – делится с нами Олейников, – дорого, я дешевле беру. И начинается торг – а мы вам сейчас свою цену дадим, с директором переговорим. Зачем это? Ты сначала определи цену, за которую мне продашь, а я подумаю. А так выходит, если фермер в ценах плавает, можно ему задорого впихнуть и заработать, не получится – то и ниже цена сойдет, так и торгуются, проверяя тебя на опыт. Предлагайте сразу объективную цену, а не свои хотелки. Уже десять лет работаем с компанией из Ростова. Никаких нареканий. Во время уборки, если понадобится запчасть, вечером звоним, а утром уже привезли. Из Волгограда, бывает, дольше ждешь.


Свои мастерские – дело хорошее
При желании из собственных запасов в хозяйстве Олейникова умельцы соберут комбайн или трактор, а если какой-то детали не хватит, выточат на станке. Запасам на складах позавидует любой снабженец. Всегда в достатке масло, фильтры, ремни, цепи, любые детали.
На базе в Степном работают: топливная мастерская, моторная, слесарная, электротехническая, сварочный цех, комната вулканизации, комната покраски, оборудование для обслуживания кондиционеров, компрессорная установка… Только самые ювелирные работы – шлифовка головок, расточка коленвалов – выполняются сторонними специалистами, но, глаза боятся, а руки делают, всему можно со временем научиться.
Экскурсия по мастерским впечатляет. Вот отдельное помещение, где обслуживаются аккумуляторы, которые на зиму снимают с техники и хранят в тепле. Вот гильотина для рубки металла, ровно отрезает лист толщиной до 12 миллиметров. В топливной мастерской стерильно, как в операционной, пылинка размером с микрон – и вся работа насмарку. Настраивать насосы, регулировать форсунки к Олейникову едут со всего района. В помещениях печки собственной конструкции, тепло выделяется при сгорании отработанного топлива, на газ и электричество тратиться не надо, при этом запаха и копоти нет. В самые лютые морозы мастера работают в легкой одежде.
– Иметь собственные мастерские – дело хорошее, – отмечает Дмитрий Николаевич. – Посевная или уборка, времени нет, и вдруг незначительная поломка. Без мастерских дело встанет на день, а то и на два. А у нас все решается за час. Свои сварщик и токарь всегда на месте. Просто, выгодно и надежно, ребята не подводят. Механизаторы у нас тоже ответственные, за каждым закреплено по две-три единицы техники, к которой они очень бережно относится. Сейчас перебираем коробку КАМАЗа, первый раз за пятнадцать лет работы. Такой срок – это показатель бережного отношения к машине. Обычно снимать коробку приходится года через три, в лучшем случае через пять. Стараемся сделать все максимально экономно. Ничего не выкидываем. Что еще может поработать восстанавливаем, остальное сдаем в металлолом. Например, в кузнечном цехе есть печь для накаливания и вытягивания зубьев для бороны, можно дать им вторую жизнь. Помимо экономии это позволяет обеспечить людей в зимнее время работой.
Олейников старается сделать условия работы максимально комфортными для мастеров. В прошлом году поставили новые окна, теперь ничего не дребезжит и ниоткуда не дует. Все рабочие места максимально автоматизированы, для поднятия тяжелых агрегатов установлена мощная кран-балка. Территория базы уже становится маловатой для всех задумок. Так, планируемые эстакады под КАМАЗы будут, скорее всего, размещены на других площадках.


Солярка и солома
На территории базы небольшое нефтехранилище. Четыре емкости по 100 тонн хранения каждый. Запас топлива, который держит Олейников, 200 тонн, а за год хозяйству нужно около 350 тонн.
– Закупать сразу весь объем топлива не вижу смысла, – отвечает на наш вопрос Дмитрий Николаевич. – Стараюсь поймать низкую цену. Но большая покупка даже при низкой цене сработает на отрицательный результат. Бочки у нас стоят на поверхности, а в жару дизтопливо нагревается и испаряется, пусть незначительно, но потери как раз равны выгоде, полученной от цены. Тем более, весной, когда стоит вопрос – подготовка к посевной или большая закупка топлива, я выберу расходы на посевную. К тому же поставщик у нас надежный, быстрый. Привозит топливо по звонку, у него качественное топливо, приемлемая цена, еще ни разу нас не подвел.
Тюки соломы, которые мы увидели около базы, как оказалось, были заготовлены для обеспечения пайщиков. Но в прошлом году выяснилось, что прежнего объема теперь не нужно, многие жители окрестных сел отказались от содержания домашней скотины. Но пропадать соломе не придется. В хозяйстве есть свое подсобное хозяйство. Для обеспечения столовой тут же обустроен цех для откорма поросят. Фермер не ломает голову, чем кормить животных, в хозяйстве достаточно и зерна и отходов от подработки, а рабочие получают на обед экологически чистое мясо. Есть у Олейникова и небольшое поголовье мясного КРС, но оно содержится в соседнем хозяйстве, по договору с коллегой-фермером, самому возиться со стадом не нужно. Развивать животноводство Олейникова пока не планирует. Но, как говорит, дальше видно будет.
Начавшийся дождь прервал нашу беседу, оставив для нас еще много интересного для других встреч.
– Урожай точно будет, – провожает нас Дмитрий Олейников, – приезжайте, вместе посмотрим на результат эксперимента с ячменем. А, может, и что-то новое затеем, идеи есть.

Евгений Симонов,
Ольга Уманская,
Людмила Черноносова    f

Просмотров : 337
ФЕРМЕР. Черноземье

© КОПИРАЙТ, 2013-2019. Все материалы на сайте защищены Законом об авторском праве. Использование материалов с сайта возможно только с письменного согласия Администрации сайта. По вопросам разрешений на публикации и рекламы обращайтесь +7-905-395-28-88. Мобильное приложение доступно на iTunes и AndroidMarket.